bibl44
Железная Гвардия

«Легионерское движение», представляла собой румынское консервативно-революционное и религиозно-националистическое движение 1920-1940-х гг., основателем (в 1927 г.), вдохновителем и лидером которого был Корнелиу Зеля Кодряну (1899-1938). Спецификой Легиона и его идеологии, в сравнении с движениями Третьего пути, были его радикальный антимодернизм и религиозный, даже мистический, порыв. Мы здесь, по сути, встречаемся с реальной попыткой приложения традиционных принципов к политической сфере. Лично знакомый с Кодряну и восхищенный духовностью его движения Юлиус Эвола так отзывался о его личности:

…Корнелиу Кодряну кажется нам одной из самых светлых, самых верных, проникнутых глубиной идеализма и благородного безразличия к собственной личности фигур, которые мы имели возможность знать в аналогичных движениях других стран.[1]

Движение и его лидер, которого называли «Капитан», имели огромную популярность, прежде всего, среди сельского населения, но также среди рабочих и интеллектуалов Румынии. Число его последователей достигало 600 тысяч. Так, «Железную гвардию» подержали историк религии и писатель Мичра Элиаде, писатель и философ Эмиль Чоран, мыслитель Нае Йонесу и др.[2]

Эту организацию нельзя назвать в строго смысле политической, т.к. она скорее походила на средневековый орден, сочетавший в себе принципы монашества и рыцарства. В отличие от коммунистов и фашистов у легионеров не было никакой четкой политической программы. Корнелиу говорил: «…нам нужны не программы, а люди, новые люди». Идеологию «Железной гвардии» можно эксплицировать из главного труда Кодряну «Моим легионерам» (Pentru legionari, 1936). Основной деятельностью организации было воспитание привлеченных людей в представителей новой элиты Румынии. Согласно Кодряну,

Легион – в гораздо большей степени школа и армия, чем политическая партия. Все самое благородное, самое чистое, самое трудолюбивое и самое храброе, что сумела породить наша раса, самая прекрасная душа, которую может вообразить наше сознание – вот то, что должен создать легионер.

Духовная политика

Конечной целью Легиона было создание православного румынского государства, сущностью и целью которого станет примирение румынского народа с Богом. «Железную гвардию» с ее религиозным порывом можно сравнить разве что с «Испанской Фалангой». Для Кодряну румынская национальная идея была неотделима от православия. Он заметил в разговоре с традиционалистом и консервативным революционером Юлиусом Эволой, что поскольку православию чужд дуализм веры и политики, оно дает движению необходимые этические и духовные принципы. При этом в книге «Моим Легионерам» Кодряну подчеркивает, что их взгляд серьезно отличается от православного, т.к. последний лежит значительно выше:

Мы не можем принизить эту линию, чтобы объяснить наши поступки.

Мы, через наши действия, через все действия и наши мысли, стремимся к этой линии, поднимаемся к ней настолько, насколько позволяет тяжесть грехов души и на осуждение которых мы были обречены через первородный грех. [3]

В православии содержится вселенская идея, которая превосходит интернационализм и всякий абстрактный универсализм:

Вселенская идея это идея общества, понимаемого как жизненное единство, живой организм, как совместная жизнь не только с нашим народом, но и с Богом и нашими мертвыми.[4]

Народ понимался Кодряну не как условная совокупность индивидов, но как единый организм, который существует в истории, сохраняя свои глубинные константы. Народ творится Богом. Бог вкладывает в него идею, которая определяет его судьбу и миссию. Народ не сводится к актуальному населению, он включает в себя умерших и еще не рожденных. Кроме того, народ неотделим от «почвы», от пространства:

Мы родились во тьме веков на этой земле вместе с её дубами и елями. С ней мы связаны не только хлебом и существованием, которое она нам даёт, обрабатывая её тяжелым трудом, но и костьми наших предков, что спят в этой земле. Все наши родители здесь. Вся наша память, вся наша военная слава, вся наша история здесь, в этой земле.[5]

Таким образом, утверждается единство веры, народа, истории и земли. Ссылаясь на Откровение св. Иоанна Богослова, Кодряну утверждает, что народ не есть лишь историческая сущность, но и в ином, вечном мире, в Царствии Небесном, каждый народ займет свое место. Целью существования народа является не жизнь и не земное благо:

Заключительная цель не жизнь, а ВОСКРЕШЕНИЕ. Победа нации во имя Спасителя Иисуса Христа. … Каждый народ имеет своё место перед троном Господа. Этот финальный момент «воскрешения из мёртвых» – это самая высокая и возвышенная цель, которой может достичь нация.[6]

Духовный национализм

Нужно сказать несколько слов о специфике национализма легионерского движения. Политический путь Кодряну начинается со вступления в националистическую организацию «Гвардия национального самосознания», которая боролась с влиянием коммунизма в Румынии. Также он выступал за национальную форму социализма, поэтому им был подписан документ «Кредо национал-христианского социализма», а в 1923 г. Кодряну создает вместе с Александром Кузой «Лигу национальной христианской обороны». Однако вскоре Кодряну разорвал с ним связи из-за его грубого антисемитизма. У Кодряну критика еврейства опиралась на социально-экономическую основу, а не на расовую и биологическую. Кроме того, он считал, что проблемы Румынии не сводятся к еврейскому вопросу, но она требует обновления на православных и национальных началах. По мнению некоторых исследователей, легионерское движение не было националистической организацией в строгом смысле, поскольку его цели не совпадали ни с одним националистическим движением Европы того времени. Его целью было создание «нового человека» как идеологического фундамента нового румынского государства. Легион исходил «не из необходимости борьбы за интересы одного государства или одного народа, но от стремления создать моральную модель «политического солдата», которая бы стала краеугольным камнем «духовной революции».[7] Эта идея является вполне приемлемой для любого народа. Национализм легионеров был во многом религиозным и культурным и, поэтому, этнически инклюзитивистским. В его рядах действовали русские, болгары, сербы, украинцы, греки, а у самого Кодряну были друзья среди евреев. Принадлежность румынскому народу определялась принадлежностью к православию. Кодряну писал, что «религия является для нас отправной точкой, а национализм – следствием».

Неприятие интернационализма и утверждение религиозных ценностей естественно делало легионеров антикоммунистами. Еще одной чертой коммунизма, отвергаемый Легионом, был его урбанизм. Легионерскую критику коммунизма можно сравнить с критикой марксизма со стороны русских народников. Если коммунисты ориентировались на городское население и вообще были сторонниками урбанизации, то Кодряну являлся сторонником культурных традиций Румынии, связанных в первую очередь с селом. Поэтому Кодряну впоследствии стремился проводить кампании своих партий в сельских областях. Хотя легионеры и были ярыми антикоммунистами, их идеи характеризовал также антикапитализм. Они боролись против спекулятивного капитала во имя человека труда и социальной справедливости. Кодряну писал: «Недостаточно лишь разгромить коммунизм. Мы должны также бороться за права трудящихся. Они имеют право на хлеб и достоинство».[8] Легионеры создавали сотни трудовых лагерей, занимавшихся ремонтом деревенских мостов, дорог и церквей, строительством дамб, рытьем колодцев. Все это способствовало, как они полагали, коллективной и национальной солидарности.

Духовная революция

В отличие от иных консервативно-революционных движений, «Легион Михаила Архангела» отказывался от всякого компромисса с актуальной социальной действительностью. Кодряну не интересовали временные политические завоевание. При этом революция была важна не как инструмент, но как сама стихия, т.к. именно в ней должно происходить преображение человека в героя, в «нового человека». Революция, следовательно, имеет не сугубо политические и социальные, но духовные задачи. «Новый человек» и «новый мир», о которых твердил Кодряну, не есть результат революционного процесса, поскольку они имманентны самому революционному действию, процессу. Они не есть нечто внешнее, но выкристаллизовываются внутри самого революционера. Только реализовав «нового человека» и «новый мир» в себе, можно стать фундаментом нового общества и государства. Кодряну преследовал долговременную стратегию, желая создать сначала героический тип, который сможет стать фундаментом нового общества:

Сегодня румынский народ нуждается в великом воспитателе и в вожде, который преодолеет силы тьмы и разобьет исчадие ада! Чтобы быть способным к этому, он должен сначала победить и искоренить зло и мрак в своей собственной груди и в сердцах его товарищей. Из этого железного самовоспитания легионеров возникнет, сияя, новый человек, родится героический человек! Этот человек будет в нашей истории стоять как великан, который борется против всех врагов отечества и побеждает их. Однако его борьба и победа простираются также на тех невидимых врагов, которые находятся в союзе с силами тьмы.[9]

Духовное значение легионерской консервативной революции прекрасно описано в М. Элиаде в статье «Почему я верю в победу легионерского движения». Он называет ее ментальной, религиозной, христианской революцией, направленной против греха. Образ Архангела Михаила здесь не случаен, т.к. именно он стоит во главе ангельского воинства, которое в конце времен сокрушит дьявола. Этот образ, так же как образы «нового мира» и «нового человека», указывают на проникнутость легионерской идеологи мощными эсхатологическими чаяниями. Сам Легион являлся аллюзией страшного небесного воинства, сошедшего с небес, чтобы восстановить справедливость и привести все в соответствие с сакральным порядком вещей. Элиаде пишет, что «никогда еще целая нация не испытала христианскую революцию, никогда еще Спасение не понималось как революция силы Духа против Греха и слабого тела».[10] Он замечает, что хотя сегодня весь мир существует под знаком революции, румынская революция совершенно иной природы, чем революции иных народов. Если коммунизм совершает революцию под знаменем классовой борьбы и экономики, фашизм – государства, национал-социализм – расы, «то легионерское движение возникло под знаком архангела Михаила и будет побеждать Божьей милостью».[11]

Революция должна быть национальной, поскольку ее задача – пробудить национальный архетип румынского народа. Это пробуждение, в свою очередь, имеет духовную, религиозную цель – примирение народа с Богом. Пробуждение национального сознания Кодряну описывал так:

Это состояние внутреннего света. То, что до сих пор неосознанно и инстинктивно покоилось в душе народа, теперь входит в светлый свет сознания. Так вызывается состояние всеобщего душевного просветления, которое до сих пор было даровано только великому религиозному порыву. Но мы по праву можем назвать это состояние состоянием национальной, народной религиозности.[12]

Смерть – Любовь — Свобода

Героическая смерть становится культом в «Железной гвардии». На стене комнаты общежития, где поначалу собирались легионеры, было начертано «Тот, кто умеет умирать, никогда не будет рабом». Именно поэтому элитой Легиона становится именно «команда смерти», своего рода легионеры-смертники. Кодряну говорил: «С улыбкой на устах мы смотрим в лицо Смерти. Мы команда Смерти, которая победит или умрет».[13]

Готовность умереть, отсутствие страха смерти означает преодоление жизненных интересов, инстинкта самосохранения. Это победа над детерминизмом жизни, а значит обретение подлинной тотальной свободы. Легионер разрывает цепи духовного, биологического и экономического рабства. Элиаде писал:

Тот, кто вступает в Легион, всегда будет носить рубашку смертника. Это означает, что легионер является настолько свободным, насколько смерть не может его устрашить.[14]

Православное понимание смерти неотделимо от веры в воскресение. Поэтому смерть значила для легионеров преображение, становление «новым человеком» в «новом мире». Кодряну говорил: «Кто отказывается от смерти, отказывается от воскрешения!»

Любовь (к Богу, Родине, соратникам) понималась легионерами как путь победы над страхом смерти, над самой смертью. Любовь открывала иной, благостный аспект смерти, приводя легионера к своего рода «иерогамии» с ней. Именно поэтому легионеры пели: «Смерть, только смерть легионера, самая дорогая невеста среди невест». Смерть для легионера имела не только личное значение, но понималась как вклад в дело возрождения народа. Героическая смерть, с одной стороны, интерпретировалась как жертва, искупающая грехи народа, с другой – как толчок для пробуждения народной души. Она способна дать народу больше сил, чем любые другие политические методы.

Что касается войны, то она понималась Кодряну как, прежде сего, духовный конфликт, который предшествует борьбе вещественных сил. Следовательно, победа постигается сначала на «небесах», а затем уже на «земле». В «Руководстве для гнезд» сказано по этому поводу:

Войны выигрывают те, кто умели из дуновений, из неба, заклинать таинственные силы невидимого мира и обеспечивать себе их помощь. Эти таинственные силы – это души наших предков, которые когда-то, вцепившись в нашу землю, умерли ради ее защиты, и сейчас продолжают жить в нас, их детях, внуках и правнуках. Но над душами мертвых стоит Бог.[15]

Рыцарско-монашеский орден

Жизнь легионеров можно уподобить жизни рыцарско-монашескому ордена. Нормы жизни Легиона описаны в тексте Кодряну «Руководство для гнезд» (1933). В Легионе царила жесткая дисциплина, религиозный дух (молитва и пост) и братство, где каждый легионер подчинялся кодексу чести. Руководителями отделений («гнезд») становились благодаря заслугам и возможностям. Гнезда управлялись шестью законами: законом дисциплины, законом работы, законом молчания, законом образования, законом взаимопомощи, законом чести. «Железная гвардия» делилась на пять организационных групп: «боевой крест» – молодежь в возрасте от 14 до 20 лет; «легионерский корпус» – молодежь от 21 до 28 лет; студенческая секция; женская секция; политическая секция – люди старшего возраста; «команда смерти» – особую группа легионеров, которые готовы убивать и умирать.

Кодряну понимал фундаментальное воспитательное значение ритуала и символов, поэтому стремился превратить быт легионеров в «господство ритуала». На их собраниях исполнялись гимны, наполненные религиозным смыслом. Песня была одним из четырех основных принципов организации, наряду с верой в Бога, верой в свою миссию и взаимной любовью. Песня скрепляла легионерское братство внутри и связывала его с подвигами предков. Песня к тому же имела духовное значение:

Если не сможете петь, знайте, что в глубине вашего душевного естества засела болезнь, или что время наложило грехи на вашу чистую душу, и если вы не сможете излечиться, отойдите в сторону, уступите место тем, кто сможет петь.[16]

Все собрания легионеров начинались и заканчивались песней и танцем. Хоря Сима называл танец важнейшей вещью, завещанной Капитаном грядущим поколениям. Возможно, эта традиция уходит своими корнями в экстатические пляски предков румын – фракийского народа даков, которые, в свою очередь, восходят к культу Диониса, зародившегося во Фракии. Исследователи обращают внимание на присутствие во взглядах и ритуалах легионеров элементов «народного» христианства, базирующегося на полуязыческой крестьянской традиции, что М. Элиаде называл «космическим христианством».[17]

Духовная жизнь легионеров включала в себя, кроме участия в обычных богослужениях, исихастские практики, пост, или «черный пост» (три дня в неделю они воздерживались от любой пищи). Для передового корпуса («команда смерти») действовало правило целибата. Аскетичность Легиона опиралась на православную антропологию. Поскольку человек, кроме духовной компоненты, имеет в себе плоть, его задача заключается в установлении господства духа над плотью. Если последняя побеждает, то такое состояние именуется адом. Господство же духа является предпосылкой подлинной силы и героизма.

В Легионе имели место своего рода инициатические ритуалы с использованием крови. Для Кодряну кровь являлась духовной ценность, священной жидкостью. Легионеры писали клятву собственной кровью, а члены «команды смерти» во время ритуала «давали немного собственной крови в стакан, из которого потом все пили то, что объединяло их друг с другом в жизни и смерти».[18]

Ложность демократии

Кодряну, являясь элитаристом и сторонником монархии, в своей книге «Моим легионерам» указывает на ряд деструктивных черт парламентской демократии. По его словам, демократия опирается лишь на понятие индивида и его права, пренебрегая и населением и народом как исторической сущностью, что приводит к анархии и индивидуализму. Демократия раскалывает народ на партии. В связи с отсутствием преемственности власти демократия не дает возможности реализовать большую программу. При демократии политик не может служить народу, т.к. он находится в зависимости от своих «электоральных агентов» и однопартийцев, по этой же причине она не способна создавать реальный авторитет. Демократия находится на службе финансовой олигархии и крупного капитала.

По мнению Кодряну, народ не может управлять сам собой в принципе, поэтому само понятие демократии лживо. Массы не могут справиться с

…самыми тонкими и самыми непостижимыми нормами человеческого руководства, нормами, которые стоят выше нее и ее повседневных жизненных потребностей, нормами, которые не касаются ее непосредственно, а предназначены для более высокой реальности – для вечной нации![19]

Следовательно, народ не может управлять самим собой, им должна управлять элита, его лучшие представители. Однако масса не способна избрать достойную элиту, т.к. она капризна и непостоянна, ее поддержку может завоевать любой кандидат, особенно тот, кто будет апеллировать к ее наиболее приземленным потребностям.

Сама идея выборов ложна, т.к. правду нельзя установить с помощью голосования, она не зависит ни от большинства, ни от меньшинства, она несет свои вечные законы в себе и осуществляет их вопреки всем решениям. Руководящий слой должен опираться на принцип социального отбора:

Этот отбор происходит естественным путем из всего народного тела, то есть из больших здоровых масс крестьянства и рабочего класса, которые связаны неразделимо с землей своей родины. Из их среды прорастет слой людей, которые принесут с собой определенные руководящие качества, и обученные затем соответствующим образом, разовьют и углубят их в дальнейшем.[20]

Национальная элита должна осуществлять следующие задачи: руководить нацией согласно вечным жизненным законам народа; заботиться о достойной смене, подрастающем поколении. Принципами выстраивания руководящего слоя являются: душевная чистота, способность к творчеству и труду, смелость, спартанская жизнь, бедность, «т.е. добровольный отказ от приобретения себе земных благ и от зависимости от них», вера в Бога, любовь.[21]

Судьба Железной гвардии

После парламентских выборов 1937 года легионеры, объединенные в партию «Все для Родины», становятся реальной политической силой. Испугавшись роста легионерского движения, в 1938 г. король Румынии Карол II развернул против него репрессии. Был арестован Кодряну и многие другие легионеры (в том числе М. Элиаде и Н. Йонеску). Его осудили на десять лет каторжных работ, но в этом же году, вместе с тринадцатью соратниками, он был расстрелян. Согласно официальной версии, это произошло в результате попытки побега. По другой версии, они были задушены в Танкабештском лесу. За 1939 г. 1200 легионеров были арестованы, посажены в тюрьму и уничтожены.

21 сентября 1939 г. легионерам удалось отомстить премьер-министру Калинеску за убийство своего вождя. Это повлекло за собой казнь от 250 до 400 легионеров.

После свержения короля в 1940 г., когда Румынию возглавил генерал Йон Антонеску, представители «Железной гвардии» вошли в правительство, в том числе и новый лидер Легиона Хоря Сима, ставший вице-премьером. Румыния была провозглашена «Национальным легионерским государством», а Легион стал единственной легальной партией. Почувствовав власть, легионеры под руководством Симы, развязали волну убийств политических оппонентов, которых они обвиняли в расправах над их соратниками. Сима не следовал строгому православию Кодряну и, разделяя идеи Лиги Кузы, склонялся скорее в сторону германского нацизма. Он дошел даже до еврейских погромов, немыслимых при Кодряну.

Вскоре возник конфликт между Симой и Антонеску, в результате которого наиболее влиятельных легионеров сняли со всех государственных постов. В ответ на это в январе 1941 года легионеры подняли восстание с целью осуществления государственного переворота, но безуспешно. Антонеску с личного одобрения Гитлера жестоко подавил мятеж при поддержке румынской и немецкой армий. «Железная гвардия» оказалась вне закона, и 9 тыс. членов были арестованы. Нужно отметить, что отец Кодряну был резко против восстания. Во время этого кризиса был также спровоцирован еврейский погром в Бухаресте, в результате которого были жесткого убиты десятки евреев.

Сговор с Антонеску и последующий мятеж, которые привели Легион к краху, явно противоречили тому смыслу, который вкладывал в эту организацию Кодряну:

Движение легионеров может победить только завершением внутреннего процесса совести нашего народа… Победа, которую мы ожидаем, так велика, так блистательна, что мы никогда не могли бы согласиться заменить ее на дешевую и преходящую победу, возникшую в результате заговора или государственного переворота.[22]

После войны многие деятели «Железной гвардии» нашли убежище в Испании, где организацию возглавлял Хоря Сима, а с 1950-х гг. Василе Яшински. Сегодня название «Железная гвардия» используют различные группы румынских националистов, играющие определенную роль на политической арене Румынии.

Примечания

[1] Эвола Ю. Национализм и аскеза: Железная гвардия // Эвола Ю. Империя Солнца. – Тамбов, 2010. С. 155.

[2] См. Ленель-Лавастин А. Забытый фашизм: Ионеско, Элиаде, Чоран. – М.: Прогресс-Традиция, 2007.

[3] Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 304.

[4] Цит. по: Яшин С. Восстание во имя любви // Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 15.

[5] Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 73.

[6] Там же, с. 307.

[7] Раку О. Актуальность наследия Корнелиу Кодряну

[8] Цит. по: Яшин С. Восстание во имя любви // Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 12.

[9] Кодряну К. Железная гвардия. С. 199; Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 220.

[10] Элиаде М. Почему я верю в победу легионерского движения

[11] Там же.

[12] Кодряну К. Железная гвардия. С. 217; Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 241.

[13] Цит. по: Хаген Острау. Корнелиу Зеля Кодряну (1899-1938) / Кодряну К. Железная гвардия. С. 12.

[14] Элиаде М. Почему я верю в победу легионерского движения

[15] Кодряну К. Руководство для гнезд. Цит. по: Хаген Острау. Корнелиу Зеля Кодряну (1899-1938) / Кодряну К. Железная гвардия. С. 13.

[16] Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 217.

[17] Бовдунов А. Смерть и воскресение

[18] Payne S. Geschichte des Faschismus, London 1995. Neudruck: München 2005, p. 349. Цит. по: Хаген Острау. Корнелиу Зеля Кодряну (1899-1938) / Кодряну К. Железная гвардия. С. 14.

[19] Кодряну К. Железная гвардия. С. 271; Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 299.

[20] Кодряну К. Железная гвардия. С. 275; Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 302.

[21] Кодряну К. Железная гвардия. С. 277; Кодряну К.З. Моим легионерам. – М., 2008. С. 303.

[22] Цит. по: Хаген Острау. Корнелиу Зеля Кодряну (1899-1938) / Кодряну К. Железная гвардия. С. 9.

Семен Жаринов

bibl44